+7(903)202-21-01
ГОРОД В ТАБАКЕРКЕ
"А в гробу-то барин,
А за гробом - новый"
Н.А.Некрасов.
На третью неделю марша, у переправы через реку Белая, под Бугульмой, Дорогобужский пехотный полк догнал фельдъегерь из Петербурга. Устало размяв члены перед полковником Охлопковым, дюжий всадник передал ему серый пакет за четырьмя сургучовыми печатями. Взломав их чистиком от пистолета, полковник прочел приказ и тут же велел собрать в штабную палатку всех офицеров. Когда они сошлись, полковник возгласил:
-Господа! Поход нашего опального полка в Сибирь отменяется. Император Павел усоп, на трон взошел его сын Александр. Нам предложено присягнуть новому императору. Виват Александр!
-Виват Александр! - дружно откликнулись офицеры и пошли к своим ротам, готовить их в обратному маршу. Денщик полковника поднес фельдъегерю водки, а Охлопков спросил :
- Если на словах. Объясните, что там происходит, в столице?
Фельдъегерь попросил пару часов на вздремнуть, а вечером, когда полк уходил к отбою перед завтрашним возвращением в столицу, фельдъегерь поведал полковнику Охлопкову:
-Я всех тонкостей не знаю. Не допущен, хотя принадлежу к древнему боярскому роду и нынче имею чин капитана. А, поскольку вхож во дворец, то настроения тамошние всегда знал. Особенно, когда назначен был секретарем при императорской канцелярии. Через меня все бумаги шли. Я беду учуял, может быть, раньше других.
Оно ведь как было при матушке Екатерине Алексеевне? Хоть нам, дворянам и приходилось служить от рождения, но это не мешало ездить хоть в Берлин, хоть в Лондон. Там усадьбы покупали, капиталы свои размещали. У нас Европа была в гувернантках! Живи и радуйся
А тут тебе - бац! - и Павел на троне. "Всё будет, не как при матушке Екатерине!". И давай ломать устои. Сначала нам Европу закрыл. Потом начал внутри империи чудить. Одних казнил - других на каторгу укатал. Да что говорить ! Он ведь ваш полк с парада в Сибирь отправил за то только, что у солдата в шаге подметка отлетела. И ведь наказал не интенданта-ворюгу, а весь полк.
Люди вечером засыпали, не зная, кем проснутся утром. И проснуться ли.
Вот...
Можно ещё водки? Спасибо, чтоб в горле не першило.
В верхах глухой ропот. Сиятельные князья да тайные советники совсем приуныли, друг друга боятся. А как не убоишься? Имущество потеряли, свободы нету, а тут Павел совсем с ума сошел. "Хочу, говорит, Индию воевать. Англосаксам нос утереть". Собрал Государственный совет и велел всем высказаться. "Пришло время определиться, - сказал император. - Это я дал Жалованную грамоту дворянству. Вы теперь освобождены от обязательной службы. Извольте и вы поддержать меня". А я протокол вел. "чтобы никто не отвертелся", - велел записать Павел,
Ну, они и вертелись. Кому ж охота добровольно голову в петлю совать? Индию все-равно не отвоевать, а ответ держать придется. Да хоть перед теми же англосаксами. Павел всё-равно помрет, а лорды скажут : "Против нас голосовали - не видать вам своих активов в наших банках". Но все масоны высказались за поход.Один князь Нарышкин пытался что-то промычать. Но император его так одернул, что князь , заикаясь, пролепетал : "Да, я тоже за присоединение Индии к России".
На том и порешили. Император у меня протокол изъял, и по неудовольствию от написанного, разжаловал меня в фельдъегеря. А наша армия пошла прямым путем в Индию. А на армию в походе провиант нужно доставлять, пороховое зелье, лошадей, лекарей, ветеринаров... За армейские подряды драка пошла, казна потекла, как пересохшая бочка.
Вот тут наши взроптали. Посчитали денежку и оказалось, что обеспечить войну с Индией можно, только обобрав собственную страну до нитки. Граф Пален, князь Нарышкин, прочие сиятельства ночью пошли в опочивальню к наследнику престола, Александру, и сказали : Или ты становишься императором, или Россия пропала.
Александр прикинул глаз к флюгеру, и согласился,"При мне всё будет,как при бабке" - заверил он заговорщиков. А им того только и надо. И тут же, втайне, фельдъегеря именем Александра, отправились вдогонку экспедиционной армии. Дабы остановить. Другие поехали по прочим опальным полкам и гарнизонам, а я вот - к вам.
Полковник Охлопков с сомнением дослушал фельдъегеря, и осторожно переспросил :
И что...император Павел жив?
-Какое там - махнул рукой офицер. - А дальше все просто, как сургучовая печать. В ту же ночь тот же Пален , с тем же Нарышкиным и дюжиной пьяных офицеров вломились в спальню императора. И тюкнули его его же табакеркой прямо в висок. Fenita. Я тоже там был. Но трезвый. А через час был уже в пути, догонял ваш полк.
Офицеры помолчали.
Неожиданно полковник Охлопков плюнул и сказал, словно спросив себя:
-Господи! Ну, мы же нормальные люди. Как мы терпели это чудо? ну - ничтожество же, дурак, самодур. А поди ты! - взбаламутил всю Европу. А и делов то было - все вопросы решить табакеркой.
... Полк, утром присягнувший Александру. походным порядком развернулся на запад. Еще вчера вышколенные до автоматизма пехотинцы, нынче позволили себе сбиваться с ноги и даже разговаривать в строю.
А фельдъегерь поскакал дальше, в Сибирь. Он вез каторжным Манифест об освобождении.